HENINEN.NETRAATTEEN PORTTISuomiEnglishНовостиИнформация о проектеПантеон памятиЭкспедицияМедиаПрессаСсылкиГостевая книгаХроника боевФотоархивДокументыВойна и судьбыПамять и законСотрудничество музеевТуризм
Суомуссалми: знаменитая битва «незнаменитой войны»

ЧАСТЬ 3.

Финны контратакуют.

Замысел советского командования рассечь Финляндию на две части для финского командования сюрпризом не стал, но серьезной неожиданностью оказался тот факт, что противнику удалось протащить в, казалось бы, непроходимые лесные чащи настолько серьезные силы. Уже в первые дни декабря штаб-квартира финской армии занялась усилением действующих на фронте отрядов Северо-финляндской группы, черпая резервы из формируемой в районе Кеми-Оулу 9-й пехотной дивизии полковника Х. Сииласвуо. Один из трех полков дивизии, 26-й, убыл из её расположения еще перед войной в состав 8-й пехотной дивизии на Карельский перешеек. 5 декабря на базе 25-го пехотного полка была сформирована т.н. «бригада Вуокко» (по фамилии командира полка)брошена навстречу советской 54-й горнострелковой дивизии.

В 11 утра 7 декабря, когда бои на подступах к Суомуссалми еще шли, начальник штаба 9-й пехотной дивизии майор Ахонен принял телеграмму из штаб-квартиры финской армии. В ней говорилось о необходимости сформировать и отправить в район Суомуссалми еще одну пехотную бригаду, теперь уже на базе дислоцированного в Кеми 27-го пехотного полка под командованием 51-летнего уроженца этого города подполковника Йохана Августа Мякиниеми. Медлить было нельзя ни секунды, погрузка подразделений полка в эшелоны началась в тот же день, даже не дожидаясь приказа по дивизии. Возглавить бригаду решил лично командир 9-й дивизии полковник Сииласвуо, но поскольку дивизионные органы управления и ряд тыловых подразделений оставались в Кеми, для руководства ими там был отставлен майор Ахонен, а начальником штаба бригады назначался капитан Марттинен, начальник оперативного отдела штаба дивизии. Кроме него в состав штаба бригады вошло еще несколько офицеров штаба дивизии.

Хьялмар (Ялмари) Фридольф Сииласвуо родился 18 марта 1892 года в Хельсинки в семье католиков-шведов Стрёмбергов (эту фамилию он носил до 1936-го года). С 1911-го по 1915 год он учился в Хельсинском Университете на юридическом факультете, но в марте 1915-го бросил учебу и тайно уехал в Германию, где вступил в 27-й Прусский Королевский егерский батальон. Здесь Стрёмберг служил и воевал в одной роте со своим будущим командующим Туомпо. Вместе с основными силами батальона 25 февраля 1918 года группенфюрер Стрёмберг вернулся на корабле в Финляндию, высадившись в Васа. Затем он участвовал в боях под Тампере и Выборгом, командуя ротой, а перед самым окончанием финской гражданской войны, в конце апреля 1918-го, получил под командование 5-й егерский батальон, который возглавлял в последующие девять лет. В 1927-м году Стремберга, получившего после окончания Высшей военной школы чин подполковника, пытаются привлечь к работе в Министерстве Обороны, но наш фигурант интереса к такого рода деятельности не проявлял, и уже в 1928-м вернулся назад в войска, возглавив 1-й самокатный батальон. Любопытно, что Стрёмберг принимал активнейшее участие в создании и строительстве клуба 1-го самокатного батальона в деревне Терийоки на Карельском перешейке, в здании которого в декабре 1939-го разместится марионеточное «Правительство Финляндской демократической республики» во главе с О. Куусиненом. В 1933-м Стрёмберг получает звание полковник и вступает в командование легким пехотным полком в Саво. Впрочем, на этой должности Стрёмберг задержался недолго и уже через год отправился в Оулу, где возглавил Северный Эстерботнический военный округ, занимаясь военной подготовкой резервистов. Судя по назначению в заштатный военный округ, да и вообще исходя из не слишком бурной военной карьеры Стрёмберга (для сравнения можно взять, например, карьерный рост начавшего службу одновременно с ним генерал-майора Туомпо), командование финских вооруженных сил не видело в нем особо перспективного офицера, относя его скорее к разряду «крепких середнячков», медленно, но верно идущих вверх по карьерной лестнице. В 1937-м году полковник, сменивший фамилию на финскую Сииласвуо, был избран в муниципалитет Оулу, членом которого оставался вплоть до 40-го года. С началом мобилизации в октябре 1939-го Сииласвуо был назначен командиром формируемой в округе 9-й пехотной дивизии.

В состав «бригады Сииласвуо» были включены, помимо 27-го полка, легкая рота Хейниля, два разведотряда численностью около взвода каждый, 17-я саперная рота, небольшой отряд под командованием прапорщика Ваккола и несколько вспомогательных подразделений (медики, дорожники, снабженцы и т.д.). На месте бригаде подчинили и отряд майора Кари в составе двух батальонов и двух отдельных рот. В течение 9-10 декабря главные силы бригады сосредоточились на фронте, именно им предстояло в последующие несколько недель взять на себя основную тяжесть боев за Суомуссалми.

Деревня Суомуссалми была основана в начале XVII века и до 1868 года называлась Кианта. Старая часть деревни, Кирконкюля (Церковная деревня), располагалась на восточном берегу 350-метрового пролива, соединявшего Киантаярви с озером Нисканселькя. Кроме того, в состав деревни были включены несколько близлежащих хуторов, в том числе расположенные на полуострове с западной стороне пролива - Хулкониеми, Оннела, Ронила и др. Сам полуостров получил в советских документах название «полуостров с рокадой», так в дальнейшем будем именовать его и мы. Кирконкюля с «большой землей» соединяли две паромные переправы – северная, через пролив на полуостров с рокадой, и южная, через озеро Хаукиперя.

После отмены наступления 10 декабря Кирконкюля расположился 759-й сп с несколькими танками разведбата, батареей 204-го оптд и дивизионом 86-го артполка. Всего советская группировка здесь насчитывала примерно 3100-3200 человек, четыре 122-мм гаубицы, шесть 76-мм, двенадцать 45-мм пушек и шесть 82-мм минометов, четыре танка Т-37. На полуострове с рокадой заняли оборону роты 81-го полка, там же находился штаб дивизии, часть дивизионной артиллерии, некоторые подразделения разведбата, саперы, медики, связисты, тыловики - еще приблизительно 3000 человек при трех танках, четырех минометах, восьми 76-мм, пяти 45-мм пушках и четырех 122-мм гаубицах. По рокаде к Суомуссалми продолжали подтягиваться тыловые подразделения дивизии и отставшие артиллеристы. В 10 километрах к северу по рокаде занял позиции отряд под командованием комбата-3 662-го полка капитана Чайковского в составе около 500 человек при трех 45-мм, трех 76-мм орудиях и трех Т-37. Кроме того, Зеленцов мог рассчитывать на поддержку 6-8 истребителей И-15бис авиагруппы 9-й армии.

Группа Сииласвуо насчитывала около 6000 солдат и офицеров, которых могли поддержать всего 10 81-мм минометов. Тем не менее, Сииласвуо разработал довольно дерзкий план по разгрому противостоящей ему группировки противника, которую он оценивал в два полка с артиллерией и танками. Оставив непосредственно против Суомуссалми легкие заслоны, тем не менее, насыщенные большим количеством станковых пулеметов (две с половиной пулеметные роты), Сииласвуо свои основные силы – пять пехотных батальонов 27-го полка и группы Кари, а так же отдельную роту капитана Контулы – более пяти тысяч человек – сосредоточил в едином кулаке под командованием подполковника Мякиниеми. По замыслу финского полковника, группа Мякиниеми должна была форсировать озеро Хаукиперя и выйти на неохраняемую рокаду к востоку от Суомуссалми, а затем ударом вдоль рокады прорваться к северной переправе и разрезать советскую группировку надвое с дальнейшим уничтожением их поодиночке. Главный удар приходился по 759-му полку, насчитывающему на тот момент 2846 бойцов и командиров против пятитысячной финской ударной группировки. Начало наступления было назначено на 11 декабря.

Ранним утром подразделения 27-го полка пришли в движение. Однако готовящиеся нанести главный удар 2-й и 3-й батальоны, по нелепой случайности заблудились, и в результате к намеченному сроку к озеру Хаукиперя вышел только следовавший во втором эшелоне 1-й батальон. Но Сииласвуо это не сильно смутило, и финские войска, выйдя на дорогу Суомуссалми – Раате примерно в 10 километрах восточнее деревни, двинулись по ней на запад. Чтобы прикрыть ударную группировку с тыла, на перешейке озер Куйвасярви и Куомаярви фронтом на восток развернулась усиленная рота капитана Контула. В первый же день наступления Сииласвуо планировал захватить переправу через Хаукиперя южнее Суомуссалми, чтобы наладить бесперебойное снабжение ударной группировки, а затем уже атаковать непосредственно деревню.

Первое боестолкновение 1-й батальон с советским патрулем имел уже затемно, затем уничтожил колонну с раненными бойцами дивизии, направлявшуюся по дороге в Важенвару. Любопытно, что буквально незадолго до этого под самым носом у 1-го батальона, а затем и у роты Контула, проскочила небольшая колонна в составе трех машин, в одной из которых ехал в Важенвару Л.З. Мехлис. Тем не менее, уже миновав перешеек озер Куйвас-ярви и Куома-ярви, кортеж напоролся на нескольких финских саперов, начавших строительство полевых заграждений на дороге. В результате перестрелки Мехлису с сопровождением пришлось бросить машины и добираться до Важенвары пешком через лес. Финны их не преследовали.

Узнав около 16 часов о появлении финских солдат на дороге восточнее Суомуссалми, но не подозревая о прибытии к финнам крупного пополнения, командир 759-го полка майор Годлевский отправил для очистки дороги две роты 1-го батальона, полагая, что нападение на колонну с раненными – дело рук небольшой диверсионной группы силою до роты максимум. Около шести часов вечера обе советские роты вступили в бой сначала с 1-м батальоном 27-го полка, а затем и с подошедшими к нему на помощь 2-м и 3-м батальонами. Бой шел ночью в лесу, обе стороны не представляли себе численность противостоящего противника и действовали крайне осторожно, да и управление подразделениями с обеих сторон оставляло желать много лучшего. В конце концов, советские роты на ночь укрепились на высоте примерно в 6 километрах от Суомуссалми, а финские батальоны расположились полукругом вокруг неё. В результате задача дня, поставленная перед финскими батальонами, оказалась невыполненной. Обозы 27-го полка находились на южном берегу Хаукиперя, а солдаты мерзли под открытым небом без крова и горячей пищи на северном.

Одновременно с атакой 27-го полка отвлекающий удар должна была нанести легкая рота Ханниля. Её задачей было прорваться к высоте в 10 километрах северо-западнее Суомуссалми (ту, которую обороняла рота 15-го батальона 6 декабря) и захватить её, перерезав, таким образом, и вторую дорогу, связывающую Суомуссалми с «большой землей». Конечно, удержать высоту силами одной роты Сииласвуо не надеялся, но эта акция должна была отвлечь часть сил противника от главного направления. Поскольку полуостров с рокадой фактически не охранялся, финской роте без труда удалось выйти к рокаде, но не на 10-м, а на 5-м километре. Здесь взору финских пехотинцев представилась соблазнительная картина двигавшихся по дороге тыловых подразделений 163-й дивизии и, не совладав с соблазном, финская рота атаковала. В результате, хотя финнам и удалось убить и ранить 26 человек, рота Ханниля увязла в боях с хотя и мелкими, но многочисленными обозными, саперными и прочими командами, а потому выполнить свою задачу не смогла. Что еще хуже, из роты дезертировал один рядовой, вскоре сдавшийся советскому патрулю из 81-го полка. Уже к полуночи дезертир предстал пред светлы очи комдива-163, которому как на духу сообщил, что к финнам подошло крупное подкрепление и наутро следует ожидать наступления. Однако Зеленцов в очередной раз преподнес финскому командованию подарок. То ли не поверив дезертиру, то ли не приняв его слова всерьез, никаких мер для отражения возможного нападения противника он не принял, хотя время у него имелось. Вместо этого Зеленцов продолжал обсуждать с прибывшим к нему шачштабом корпуса полковником Кудрявцевым предстоящее 13 декабря наступление дивизии. Утром 12 декабря разведсводка дивизии лаконично сообщила, что перед фронтом южной группы по-прежнему два батальона противника, а одна рота вышла на дорогу восточнее Суомуссалми. В общем, беспокоится особо нечего.

А тем временем, деятельный финский полковник Сииласвуо успел несколько переиначить свой собственный план. Оставив основные свои силы атаковать Суомуссалми с востока, он приказал перебросить 15-й батальон на южный берег Нисканселькя, чтобы нанести удар по Суомуссалми еще и с запада. Батальон должен был овладеть высотой Керкивара, гордо возвышавшейся над окружающей местностью чуть западнее северной непосредственно, а затем и самой переправой, отрезав, таким образом, 759-й полк от основных сил дивизии. Учитывая, что батальону для этого предстояло буквально «прорубиться» сквозь втрое превосходящие силы 163-й дивизии на полуострове, надо признать, что в данном случае чувство меры полковнику Сииласвуо отказало.

Между тем, с рассветом возобновилось наступление 27-го полка. 2-й и 3-й батальоны атаковали высоту с закрепившейся на ней парой рот 759-го полка. Красноармейцы и их командиры, ожидавшие увидеть против себя в худшем случае финскую роту, на такой поворот событий явно не рассчитывали, но оказали ожесточенное сопротивление. В ход шли штыки и гранаты, но подавляющее численное превосходство финнов быстро дало себя знать и вскоре те, кто не погиб на высоте, разрозненными группками устремились к Суомуссалми. А финские батальоны двинулись вслед за ними. Однако на сей раз командир 759-го полка отреагировал на изменение обстановки довольно быстро. Навстречу противнику была брошена 3-я рота при поддержке пары танков Т-37. Такого поворота не ожидали уже финны, вынужденные залечь под огнем двух танковых пулеметов и советских стрелков. Бороться даже с легкой бронетехникой им было просто нечем. Два финских батальона несколько часов беспомощно пролежали перед двумя неказистыми пулеметными танками, которым, в конце концов, пришлось уйти, поскольку боезапас у них не был безграничным. Только после этого главные силы 27-го полка смогли продолжить наступление. Попытка двумя ротами приданного полку IV батальона обойти Суомуссалми с северо-востока и захватить нависавший над деревней с севера мыс Кирконниеми тоже не увенчалась успехом, поскольку финские пехотинцы напоролись на подготовленные позиции 5-й роты 759-го полка и были вынуждены отступить.

А тем временем, 15-й батальон в полдень совершенно беспрепятственно переправился по льду на юго-западную оконечность «полуострова с рокадой» и двинулся по берегу к переправе. О том, чтобы взять высоту, прикрываемую ротой и пулеметчиками 81-го полка, финнам пришлось забыть в самой завязке боя. Зато обошедшие высоту с севера и юга несколько взводов буквально вломились в расположение тыловых подразделений дивизии и на позиции нескольких артиллерийских батарей 365-го полка. Под огнем оказался даже дивизионный штаб. Далее начался традиционный в таких случаях хаос. Командиры подразделений, кто поинициативнее, организовывали группы бойцов для отпора противнику, в результате лес между Керкиварой и штабом дивизии вскоре превратился в «слоеный пирог» из наступающих в разных направлениях советских и финских отрядов разной численности. Штаб 163-й дивизии боем фактически не управлял, вместо этого Зеленцов бомбардировал штабы корпуса и армии требованиями «немедленно помочь». Видя бездействие своего непосредственного начальства, командир 81-го полка майор Вещезерский сам занялся организацией отпора противнику. Сформировав две ударные группы из подразделений полка, Вещезерский атаковал финнов одновременно с севера и юга, вынудив противника к 16 часам начать отход.

Ну а 27-й полк в 15.40 увяз перед очередным препятствием на пути к переправе. На сей раз это была высота с домом приходского священника, расположенная к северу от неё. Занявшие позиции на высоте советские пехотинцы огнем пулеметов уверенно сдерживали дальнейшее продвижение обоих финских батальонов. Поскольку ни минометов, ни станковых пулеметов в распоряжении финских командиров здесь не было, ничего кроме лобового штурма высоты им не «светило». Но тут после пережитых потрясений пришел в себя Зеленцов. В 18 часов 81-й и 759-й полки получили приказ отойти назад и сосредоточиться в районе северной переправы и по периметру Кирконкюля. Это означало, что финнам практически без боя сдавалась переправа и господствующая над местностью высота с домом священника, позволявшая держать под контролем южную переправу, а на «полуострове с рокадой» образовывалась огромная, почти семикилометровая «дыра» между 81-м полком и отрядом Чайковского, не прикрытая вообще ничем. Рокада здесь была совершенно незащищена. При этом Зеленцов откровенно соврал в вечернем донесении, сообщив в штаб армии, что дивизия удерживает «ранее занимаемые позиции». В добавление ко всему этому, в течение дня дивизия потеряла в боях 175 человек.

На следующий день, по требованию командования армии, Зеленцов предпринял наступление с целью уничтожить оседлавшего дорогу Суомуссалми – Раате противника. Комдив-163 поручил решение этой задачи комполка-759 Годлевскому, подчинив ему несколько дополнительных подразделений. План атаки был довольно прост, но эффективен. Главный удар вдоль дороги в направлении южной переправы наносил свежий 3-й батальон полка, поддержанный танковым взводом и основными силами артиллерии – двумя взводами полковой 76-мм батареи, батареей 365-го артполка и полковой противотанковой батареей. Из-за левого фланга главной ударной группы атаковал 2-й батальон, задачей которого было перерезать дорогу в паре километров восточнее высоты с домом священника, чтобы не допустить отхода финских подразделений на восток. В резерве комполка остался сильно потрепанный в боях 11-12 декабря 1-й батальон и батарея 204-го оптд. В плане имелся только один серьезный просчет – командование 163 сд серьезно просчиталось в оценке противостоящих полку сил противника, полагая, что в районе высоты финны имеют не более батальона.

Финское командование, в свою очередь, готовилось к решительному штурму Суомуссалми. Подполковник Макиниеми разделил подчиненные ему силы на две группы. Основная (отряд Сихвонена) включала два батальона и минометную роту 27-го полка и должна была атаковать деревню непосредственно вдоль дороги от южной переправы к северной. Вторая (Отряд Лассила), в составе 1-го батальона полка, роты IV батальона и двух разведотрядов, обходила Кирконкюля с востока и атаковала деревню с северо-востока. В резерве Мякиниеми оставил роту IV батальона и минометный отряд 15-го батальона. В случае успеха финского наступления, 759-й полк оказался бы полностью окружен в Кирконкюля, что грозило скорым разгромом всей 163-й дивизии.

Около 11 утра 13 декабря батальоны отряда Сихвонена начали разворачиваться для атаки, когда со стороны Суомуссалми донеслись первые залпы начавшейся советской артподготовки. Советская артиллерия в течение часа обстреливала высоту с домом священника и стык дорог возле неё, а затем в атаку пошли поддержанные танками красноармейцы. На подходах к перекрестку завязался упорный бой. На отражение советской атаки финнам потребовалось около трех часов, после чего отряд Сихвонена перешел в контратаку и опрокинул подразделения 3-го батальона 759-го полка. Около 16 часов роты 2-го батальона 27-го полка прорвались к окраинам Кирконкюля, где были встречены огнем артиллеристов 204-го дивизиона – в результате поспешного бегства красноармейцев их позиции оказались на переднем крае обороны. Полковник Мякиниеми оказался как нельзя близко к своей цели, казалось, еще немного и финские солдаты прорвутся к северной переправе. Однако в самой деревне сопротивление 759-го полка заметно усилилось, финских пехотинцев огнем прямой наводкой встречали не только 45-мм, но уже и 76-мм пушки. Финская пехота увязла в боях на окраинах деревни, а 3-й батальон 27-го полка, который должен был наступать справа от дороги, был остановлен огнем крейсирующих по ней советских танков. Плюс ко всему, 15-й батальон, который должен был сковать своими действиями советские силы на полуострове с рокадой, поздно получил приказ лишь поздно вечером смог атаковать советские позиции, но был быстро отброшен огнем артиллерии и горнострелками. В батальоне началась натуральная паника, и порядок в нем удалось более-менее восстановить только к 8 утра.

Бездействие финнов на полуострове дало возможность командованию 163-й дивизии бросить на помощь 759-му сп разведроту 81-го полка и подошедший моторизованный отряд Троицкого (моторизованная рота 177-го разведбата). Контратака этих подразделений, начавшаяся около 17 часов, позволила отбросить финнов, прорвавшихся уже фактически к штабу 759-го полка в центре деревни, обратно к её южной окраине. В 21 час финны предприняли последний в этот день натиск, но взять деревню не смогли. Ситуация для 27-го полка складывалась довольно сложная. С одной стороны, финны смогли зацепиться за окраины Кирконкюля, с другой, между 2-м и 3-м батальонами 27-го полка образовался почти километровый разрыв, ударив в который Зеленцов мог отрезать и окружить 2-й батальон. Не способствовала успеху и неудача отряда Лассила, который обошел Кирконкюля, но после неудачной стычки со стоявшей в обороне на её северо-восточной окраине 5-й ротой 759-го полка отошел назад. В результате около 22 часов Мякиниеми отдал приказ своему 2-му батальону отходить назад, в лес к югу от Киркрнкюля. На следующий день он планировал вновь возобновить штурм.

Между тем, командование 163-й дивизии в течение вечера и ночи с 13 на 14 декабря продолжало в оперативных документах безбожно врать вышестоящему начальству, в том числе, отчитавшись во взятии высоты с домом священника! Одновременно в шифрограммах командованию армии Зеленцов требовал немедленной помощи и сообщал о яростно атакующих финнах, к которым прибыло пополнение. Однако не только в штабе 9-й армии, но и даже в Москве уж начали подозревать, что в Суомуссалми происходит что-то большее, чем диверсионные нападения небольших финских отрядов на коммуникации. Уже в 15.30 13 декабря Ставка через Начальника Генерального Штаба РККА потребовала от Духанова удержания Суомуссалми «при всех обстоятельствах» и немедленно автотранспортом перебросить на помощь Зеленцову батальон начавшей разгружаться в Кеми 44-й стрелковой дивизии.

Прибытие батальона 44-й дивизии ожидалось уже 14 декабря, в связи с чем Зеленцов получил на этот день очередную наступательную задачу, но в 10 утра 14 декабря она была отменена и дивизия получила новый приказ занять жесткую оборону в Суомуссалми. Отмена наступления была связана, скорее всего, с тем, что батальон 44-й дивизии застрял в дороге, и к утру 14 декабря было уже совершенно очевидно, что в течение дня помощь 163-й сд не поспеет.

Мякиниеми же с утра возобновил свое наступление, однако попытка прорыва 2-го батальона к Кирконкюля через картофельные поля при свете дня были легко отбиты пулеметно-артиллерийским огнем из деревни. В результате общий штурм Мякиниеми перенес на вечер, а пока к деревне начали подтягиваться другие батальоны отряда Мякиниеми. К 19 часам 3-й батальон смог выйти к восточной и юго-восточной окраинам деревни и установить локтевую связь с подошедшим с северо-востока отрядом Лассила. Кирконкюля оказалась в полукольце из десяти финских пехотных рот. А в 19.30 начался собственно штурм. Финнам удалось овладеть юго-восточной частью деревни и прорваться к штабу 759-го полка и позициям артиллерии. В бою был ранен начальник штаба полка капитан Ф.П. Мотылев. Достоверно неизвестно, на каком этапе, но сообщение о прорыве в Суомуссалми трансформировалось в сообщение о взятии Суомуссалми, о чем немедленно в известность был поставлен Главнокомандующий маршал К.Г. Маннергейм. Уже на следующий день эта информация появилась в оперсводке Ставки: «В Суомуссалми наши отряды в течение четырех дней ведут упорные бои. Им удалось перерезать дороги, ведущие от села Суомуссалми к границе. Наши части освободили село Суомуссалми и вытеснили противника на западный берег Киантаярви, где часть вражеских сил попала в окружение». Маннергейм приказал информацию о подобных крупных успехах армии доводить до каждого солдата включительно.

Однако похороны южной группы 163-й дивизии оказались несколько преждевременными. Финским пехотинцами пришлось вести ожесточенные бои буквально за каждый подвал, зачищать собственные тылы от оставшихся групп красноармейцев. На ряде участков финская пехота, не выдерживая ожесточенного огня советской артиллерии и пехоты, была вынуждена отойти назад и оставить с таким трудом занятые позиции. Так 3-й батальон 27-го полка был вынужден оставить почти все, что смог захватить в ночном бою. К полуночи в руках финнов осталась юго-восточная часть деревни, кроме того, финнам удалось захватить два неисправных Т-37, брошенных красноармейцами при отступлении.

Впрочем, потерей окраины Кирконкюля проблемы 163-й дивизии не ограничились. Вечером 14 декабря приведенный в порядок и пополненный двумя свежими ротами, прибывшими в распоряжение Сииласвуо, 15-й батальон вновь перешел к активным действиям и перехватил рокаду в районе её 5-го километра (отсчет километража ведется от центра Кирконкюля), лишив южную группу путей подвоза. Финны могли бы здесь добиться и большего, нанеся удар вдоль рокады в направлении переправы, но путь им преградила 3-я рота 81-го полка. Не имея представление о силах противника, командир финского батальона капитан Харола не решился атаковать, вероятно, опасаясь повторения событий предшествующей ночи.

Результаты боя 14 декабря произвели, судя по всему, неизгладимое впечатление на командование 163-й дивизии. Уже ночью Зеленцов доложил в корпус, что финны заняли южные окраины Суомуссалми, а 759-й полк полуокружен. Яростный натиск финнов на Суомуссалми с юга и востока явно превышал возможности одного батальона, а вышедший на рокаду противник оставил южную группу без путей подвоза. Фактически, группа оказалась в окружении. Это окончательно запутало командование дивизии, потерявшее какое-либо представление о силах противника. Поданная к 6 утра 15 декабря разведсводка дивизии сообщала, что «силы противника точно не установлены», а уже днем начальник разведывательной части штаба дивизии «уточнил», что противник имеет против южной группы от двух до восьми батальонов! Иными словами, на четвертый день активных боев за Суомуссалми штаб и командир дивизии по-прежнему не имели даже приблизительного представления о противнике.

Финские войска также понесли довольно чувствительные потери, к исходу 14 декабря перевалившие за две сотни человек только в 27-м полку. Его 2-й батальон потерял 10% своих людей, в том числе двух командиров рот. Тем не менее, Сииласвуо не хотел отказываться от попыток взять Суомуссалми штурмом и на следующий день финны предприняли еще одну атаку на Кирконкюля. Очередной штурм начался в половине десятого утра, и час спустя финнам удалось продвинуться примерно на триста метров вглубь деревни, однако дальнейшее продвижение было остановлено ожесточенным сопротивлением бойцов командиров 759-го полка. Серьезным препятствием для финской пехоты стали и оставшиеся танки Т-37, которые командование 163-й дивизии использовало в качестве «пожарной команды», бросая их на наиболее проблемные участки. К часу дня для Сииласвуо стало очевидно, что дальнейшее продолжение боя приведет лишь к новым потерям. Единственным заметным успехом финнов в этот день стал захват мыса Кирконнинеми, нависающего с севера над Кирконкюля и позволявшего держать под обстрелом и наблюдением фактически всю северную часть деревни. Последняя попытка взять Суомуссалми ударом с востока была предпринята в 9 вечера, однако успеха она так же не принесла. В течение дня отряд Мякиниеми потерял убитыми 37 человек, тогда как с 11 по 14 декабря безвозвратные потери отряда составили 52 человека. Общие же потери отряда достигли 300 человек. В некоторых ротах потери достигали 20-30 процентов личного состава. Так 6-я рота 27-го полка с 12 по 15 декабря недосчиталась убитыми двенадцать и раненными 59 человек.

Однако Сииласвуо все еще рассчитывал достичь успеха с помощью изрядно потяжелевшего за счет двух приданных рот 15-го батальона, атаковавшего Суомуссалми с северо-запада. Здесь ситуация сложилась не менее серьезная, чем у Кирконкюля. Для ликвидации противника на рокаде Зеленцов сил фактически не имел, 81-й полк, изрядно потрепанный в предыдущих боях, своими силами разгромить противника был не в состоянии, в полку было банально мало пехоты, чтобы хотя бы потеснить с дороги финский отряд силою в пять рот. С утра 15 декабря рота 81-го полка попыталась выбить финнов с дороги, но успеха не имела ввиду значительного численного превосходства противника. Брошенная ей на помощь моторизованная рота разведбата дивизии ситуацию изменить не смогла, поскольку бойцы роты действовали вяло и безынициативно. Несмотря на это, усилиями горнострелков к исходу дня финнов удалось потеснить примерно на километр, но разблокировать дорогу советские роты так и не смогли.

Одновременно командованием корпуса в район боя был выслан отряд в составе двух рот своего 246-го саперного батальона, а непосредственно в районе финской обороны на рокаде с северной стороны уже находилась сводная рота 14-го дорожно-эксплуатационного полка в количестве 100 человек без тяжелого вооружения. Предпринятая 246-м батальоном попытка прорваться к окруженным успеха не имела, более того, финны сами потеснили батальон и создали завал на 7 километре рокады.

Бой 15 декабря на полуострове с рокадой не позволил командиру 15-го батальона организовать наступление в поддержку атакующего Кирконкюля отряда Мякиниеми. Лишь вечером батальон подготовился к атаке, но артиллерийский огонь со стороны переправы вызвал панику в рядах необстрелянных солдат отдельной роты лейтенанта Сиитонена, ударившихся в бегство. В результате вместо атаки комбату-15 капитану Харола пришлось всю ночь приводить в порядок своих людей.

Таким образом, к исходу 15 декабря южная группа 163-й дивизии оказалась в окружении. Подошедший с востока батальон 305 полка 44-й дивизии предпринял попытку прорваться к Кирконкюля, но был остановлен в 10 километрах от Кирконкюля занявшим оборону на перешейке озер Куомаярви и Куйвасярви отрядом капитана Контула в составе примерно 300 человек. Предпринятые 16-17 декабря этим же батальоном атаки также были безуспешны даже при поддержке подошедшей роты танков Т-26 из состава 312-го отдельного танкового батальона дивизии. Местность просто не позволяла танкам развернуться для полноценной атаки, и им пришлось наступать по дороге колонной. В результате боя 17 декабря был потерян один танк, застрявший при попытке съехать с дороги и ночью подорванный финнами. Еще два танка получили серьезные повреждения от минометного огня.

Олег Киселев

Следующая часть

© Raatteen Portti, 2002–2004
© Karelian Institute for the Development of Education, 2002–2004
© Heninen.net, 2002–2017