HENINEN.NETRAATTEEN PORTTIНовостиИнформация о проектеПантеон памятиЭкспедицияМедиаПрессаСсылкиГостевая книгаХроника боевФотоархивДокументыВойна и судьбыПамять и законСотрудничество музеевТуризм

Трагедия под Суомуссалми

Осенью и зимой 1939 – 1940 годов разворачивались драматические события Советско-финляндской войны. Хочу рассказать об одном белом пятне в ее истории – гибели 23 тысяч советских солдат и офицеров в лесах приполярной Финляндии.

Долгое время о событиях в районе деревни Суомуссалми не было написано ни абзаца, ни строчки, ни слова… Трагедия оставалась лишь в памяти чудом вырвавшихся из этого снежного ада участников сражений, узкого круга военных специалистов. Рассказывать о победах легко и приятно. Но необходимо знать и о поражениях, чтобы уметь избегать их в будущем. Тем более если эти поражения были предрешены военно-политическими просчетами.

Удар, которого финны не ожидали

Символом Зимней войны стала линия Маннергейма на Карельском перешейке, которую части Красной армии пытались штурмовать в лоб, неся тяжелые потери. Но севернее, вдоль государственной границы от Ладоги к Баренцеву морю, финская оборона была намного прозрачнее – ее держали не регулярная армия, а резервисты. Здесь финны мощного удара не ожидали, полагаясь на почти полное бездорожье.

Однако удар все-таки был нанесен. Красная Армия намеревалась пройти от восточной границы Финляндии до ее западного побережья, разрезав страну надвое, стремительным броском по направлению от деревни Суомуссалми до Оулу (Улеаборг).

Такая задача была поставлена 9-й армии. В ее центре действовала 163-я стрелковая дивизия комбрига А.И. Зеленцова. Она должна была нанести удар из Ухты (сейчас Калевала) на Суомуссалми, а в дальнейшем в направлении на Оулу.

30 ноября 1939 года дивизия начала наступление. И в первые дни операции именно ей, а не другим соединениям 9-й армии сопутствовал наибольший успех. Несмотря на сложный рельеф местности за первые четыре дня 163-я дивизия продвинулись в глубь финской территории на 50 километров, так как ей противостояли лишь батальон и мелкие подразделения пограничников. Но и такой успех не устраивал Главное командование, которое ожидало более высоких темпов продвижения. 2 декабря оно потребовало «всемерно форсировать продвижение наших войск».

И 163-я дивизия продолжала развивать наступление. 6 декабря один из полков вышел на ближние подступы к Суомуссалми – важному транспортному узлу, который обороняли два пехотных батальона. 8 декабря 81-й и 759-й полки, наступавшие с двух направлений, овладели Суомуссалми.

Последний резерв Маннергейма

Финское командование сознавало всю ту опасность, которую таила в себе потеря Суомуссалми. Поэтому оно спешно перебросило в этот район свой резерв – пехотный полк, который ранее планировали отправить на защиту линии Маннергейма. Полк вместе с батальонами, оборонявшимися под Суомуссалми, влился в сформированную бригаду под командованием полковника Хьялмара Сииласвуо, который получил приказ от самого главковерха Маннергейма уничтожить русских. Он предпринял простую тактику: рассекать силы противника на части и постепенно уничтожать их.

У финнов было пять батальонов, у красноармейцев два полка дивизии Зеленцова. Заняв узловые пункты дороги Раате и отрезав для дальнейшего продвижения 163-й дивизии практически все направления, полковник Сииласвуо начал штурм Суомуссалми. После недели ожесточенных боев к финнам подошло подкрепление. Появились даже артиллерийские и противотанковые орудия.

Ставка советского Главного командования, обеспокоенная неблагоприятным развитием событий, потребовала срочно восстановить положение и перебросить на помощь 163-й дивизии новые силы.

Из телеграммы от 19 декабря 1939 года командующему 9-й армией:

«НЕМЕДЛЕННО по прямому проводу.

Дело в Суомуссалми ухудшается. Приказываю принять все меры и срочно без промедления бросить все силы 44 сд для того, чтобы не дать противнику окружить и взять в плен два полка 163 стрелковой дивизии. Бросить всю авиацию для помощи 163 стрелковой дивизии… Непосредственное руководство и ответственность за проведение боевых действий по оказанию помощи 163 стр. дивизии возлагается лично на Вас. Предупреждаю, что за возможную катастрофу 163 стр. дивизии лично будете отвечать вы. Немедленно донести о Ваших действиях и распоряжениях.

ГЛАВНОКОМАНДУЮЩИЙ – К. ВОРОШИЛОВ
ЧЛЕН ГЛАВНОГО ВОЕННОГО СОВЕТА – И. СТАЛИН
НАЧАЛЬНИК ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА – Б.ШАПОШНИКОВ»

Финское командование понимало, что промедление смерти подобно и продолжало наращивать свои силы, направляя в район Суомуссалми практически свои последние резервы. 22 декабря все части и подразделения, действовавшие в этом районе, финское командование объединило в 9-ю пехотную дивизию, которую возглавил все тот же полковник Сииласвуо.

Лишенные путей подвоза материальных средств, 81-й и 759-й стрелковые полки 163-й стрелковой дивизии после ожесточенных боев 28 декабря оставили Суомуссалми и начали отход на северо-восток.

Тем временем на выручку уже двигалась 44-я дивизия, которой была поставлена задача нанести удар по Суомуссалми, деблокировать дорогу на Раате и соединиться с частями 163-й стрелковой дивизии. Однако развертывание дивизии, переброшенной в Карелию из Житомира, шло медленно. Некоторые подразделения и части к этому времени еще не успели выгрузиться из железнодорожных эшелонов. Из-за нехватки автотранспорта бойцы двигались походным маршем. Причем дивизия была не подготовлена к ведению боевых действий в условиях суровой зимы. Личный состав не имел ни теплых полушубков, ни валенок, ни рукавиц. Бойцы были одеты в тонкие шинели и брезентовые сапоги. А морозы уже достигали 40 градусов.

В это время финская радиоразведка уже перехватила данные о 44-й дивизии, спешившей на помощь окруженцам. И тогда полковник Сииласвуо пошел на большой риск. На узкой перемычке между озерами Куйваярви и Куоманярви на пути двигавшейся по дороге Раате дивизии он выставил заслон, а из ближайших лесов стал наносить упреждающие удары силами летучих отрядов лыжников.

На той войне лыжи вообще оказались едва ли не идеальным средством передвижения. К тому же у финнов была отличная лыжная подготовка: они умели также отлично ползать по-пластунски, не снимая лыж, и даже в случае необходимости забираться в них на деревья. Кроме того, советские бойцы испытали на себе эффективность действия финских снайперов («кукушек»).

Миф о «кукушках»

Финская разведка, с целью деморализации советских солдат, создала миф о снайперах-«кукушках», якобы сидящих на ветках. На самом деле финский солдат мог оказаться на дереве только с целью наблюдения, но никак не для того, чтобы находиться в засаде. Ведь более неудачного места для этого вообще трудно придумать – в подобной ситуации снайпера демаскирует первый же выстрел, а быстро сменить позицию просто невозможно, не говоря уже о вероятности падения с высоты даже в случае самого легкого ранения. А потому финские снайперы предпочитали изобразить из себя сугроб или же, в самом крайнем случае, спрятаться за дерево, но уж никак не залезать на него. Но миф действовал, советские солдаты, передвигаясь по лесу, постоянно озирался на все деревья, их внимание было ослаблено.

Из-за того, что практически вся 44-я дивизия шла пешком, колонна растянулась на 30 километров. В результате уставшие от многокилометрового перехода части дивизии вступали в бой с марша. Снег и сложный рельеф местности препятствовали комдиву Виноградову толком использовать боевую технику. Поэтому удар 44-й дивизии получился слабым, а положение 163-й дивизии оставалось все таким же тяжелым: ее силы иссякали.

Но и сама 44-я стрелковая дивизия оказалась в сложном положении. После освобождения Суомуссалми полковник Хьялмар Сииласвуо перегруппировал свои части: теперь основные силы он перенацелил именно против 44-й дивизии. Фланговыми ударами по растянувшимся вдоль дороги частям дивизии он перерезал ее коммуникации в нескольких местах, лишив подвоза боеприпасов, горючего и продовольствия, возможности эвакуировать раненых. К этому времени 44-ю стрелковую дивизию отделяли от 163-й дивизии всего 10 километров.

Положение осложнялось тем, что карты, имевшиеся в распоряжении советских частей, были настолько неточными, что приходилось пользоваться финскими туристскими. Дивизиям приходилось передвигаться практически вслепую.

Из-за отсутствия взаимодействия и отсутствия связи комдив 163-й дивизии Зеленцов, не дожидаясь подхода частей 44-й стрелковой дивизии и не согласовав свои действия с комдивом Виноградовым, принял решение на выход из окружения самостоятельно. Дивизия преодолела по льду озеро Кианта-ярви и вышла к советско-финляндской границе, потеряв при этом около 30 процентов личного состава, а также большое количество оружия и военной техники. Командование не смогло организовать грамотный отход, и если бы не героизм бойцов и командиров 81-го горнострелкового полка, прикрывавшего отступление главных сил, то потери могли бы быть еще больше.

Вину за неудачу и сорвавшееся наступление Ставка советского Главного командования свалила на командующего 9-й армией Духанова и начальника штаба армии Соколовского. Их отстранили от занимаемых должностей. Арестовали и отдали под суд командира наиболее пострадавшего 662-го стрелкового полка Шарова и комиссара Подхомутова. Они «чистосердечно» признались во вредительстве и были расстреляны.

Разгром 44-й дивизии

…А положение 44-й стрелковой дивизии ухудшалось с каждым часом. В результате ударов, предпринятых финскими войсками с 30 декабря 1939 года по 4 января 1940 года, дивизия была расчленена на шесть очагов сопротивления. К сожалению, комбриг Виноградов не сумел разгадать маневр финских войск и организовать им отпор. Кроме того, финны знали о планах советского командования, поскольку еще 27 декабря они захватили ряд приказов по 44-й дивизии и успели приготовиться к отражению атак в нужных местах. А спустя несколько дней сами перешли в контратаки. Положение усугубилось тем, что в самый ответственный момент один из батальонов дивизии, бойцы которого уже несколько дней не получали горячей пищи, самовольно оставил фронт. В результате обнажился левый фланг дивизии, чем и воспользовались финны.

2 января финские лыжные отряды перерезали единственную дорогу, по которой двигалась дивизионная колонна. Скученные на небольшом участке люди и техника стали отличной мишенью для финской артиллерии. Предпринятые 2-4 января попытки прорыва не удались. Командир дивизии Виноградов и начальник штаба дивизии Волков потеряли управление войсками. Они еще 4 января просили у командования 9-й армии разрешения на выход из окружения без тяжелого вооружения и техники, так как не было ни горючего, ни лошадей. Часть лошадей пала от голода, остальных съели окруженные бойцы. К тому же финны организовали так называемую «карусель» – небольшие финские лыжные летучие отряды постоянно наносили беспокоящие удары. Внезапно появляясь на флангах и в тылу советских частей, они открывали плотный огонь, а затем внезапно исчезали. Ударам подвергались не только подразделения, но и штабы. Это вносило сумятицу, нарушало связь, дезорганизовывало управление. Вдобавок стояли лютые морозы, и солдаты если не погибали от пули, то замерзали насмерть в своих тонких шинелях. Но командарм из-за отсутствия резервов не мог оказать существенной помощи окруженным частям. В его распоряжении имелись лишь батальон и гаубичный артиллерийский полк, избежавшие окружения, и 5 рот, сформированных из прибывшего пополнения. Но такими силами удалось лишь потеснить финнов всего на полкилометра. Все попытки прорвать кольцо вокруг частей 44-й дивизии были безуспешными.

Поздно вечером 6 января пришло разрешение Ставки на вывод частей дивизии из окружения, но с непременным сохранением тяжелого вооружения и техники. Потом связь со штабом армии прервалась.

Получив в 10 часов вечера разрешение командования 9-й армии «Действовать по собственной инициативе», Виноградов 7 января на свой страх и риск приказал «уничтожить матчасть и отходить разрозненными группами по лесам на восток в район Важенваара». К этому времени и так уже начался беспорядочный отход, перешедший в бегство.

Полковник Сииласвуо так описывал это отступление: «Паника окруженных все росла, у противника больше не было совместных и организованных действий, каждый пытался действовать самостоятельно, чтобы спасти свою жизнь. Лес был полон бегущими людьми. Бойцы бросали не только пушки и пулеметы, но и винтовки. Многие красноармейцы погибли, застигнутые бураном. Их тела нашли и захоронили весной, после схода снега. В полдень 7-го числа противник начал сдаваться, в основном это были раненые. Голодные и замерзшие люди выходили из землянок. Одно-единственное гнездо продолжало сопротивляться, на время его оставили в покое… Мы захватили немыслимо большое количество военных материалов, о которых наши части не могли мечтать даже во сне. Досталось нам все вполне исправное, пушки были новые, еще блестели… Трофеи составили 40 полевых и 29 противотанковых пушек, 27 танков, 6 бронеавтомобилей, 20 тракторов, 160 грузовых автомобилей, 32 полевые кухни, 600 лошадей».

К вечеру 7 января первые группы бойцов дивизии во главе с ее командиром и штабом прибыли в Важенваара. Люди выходили из окружения в течение нескольких дней. По финским данным, в плен попало около 1300 человек. 44-я дивизия лишилась почти всего вооружения и боевой техники. 40 процентов вышедших из окружения бойцов были даже без винтовок.

Комдива расстреляли перед строем

Таким образом, планы советского командования по соединению двух дивизий и их стремительному броску по самому короткому пути к западной границе Финляндии были сорваны. Остатки 163-й дивизии ушли обратно на север и до конца войны закрепились в местечке Юнтусранта, а 44-я (численностью около 17 с половиной тысяч человек) была разгромлена. (Потери личного состава дивизии превысили 70 процентов). Выйти из окружения удалось лишь немногочисленным группам и одиночкам, которые сразу попали в руки НКВД.

19 января 1940 года вышел приказ Главного военного совета:

«В боях 6-7 января на фронте 9-й армии в районе восточнее Суомусальми 44-я стрелковая дивизия, несмотря на свое техническое и численное превосходство, не оказала должного сопротивления противнику, позорно оставила на поле боя большую часть ручного оружия, ручные и станковые пулеметы, артиллерию, танки и в беспорядке отошла к границе. Основными причинами столь постыдного для 44-й стрелковой дивизии поражения, были:

Трусость и позорно-предательское поведение командования дивизии в лице командира дивизии комбрига Виноградова, начальника политотдела дивизии полкового комиссара Пахоменко и начштаба дивизии полковника Волкова, которые вместо проявления командирской воли и энергии в руководстве частями и упорства в обороне, вместо того, чтобы принять меры к выводу частей, оружия и материальной части, подло бросили дивизию в самый ответственный период боя и первыми ушли в тыл, спасая свою шкуру.

Растерянность старшего и среднего начсостава частей дивизии, которые, забыв о долге командира перед Родиной и Армией, выпустили из рук управление своими частями и подразделениями и не организовали правильного отхода частей, не пытались спасти оружие, артиллерию, танки.

Отсутствие воинской дисциплины, слабая военная выучка и низкое воспитание бойцов, благодаря чему дивизия в своей массе, забыв свой долг перед Родиной, нарушила военную присягу, бросила на поле боя даже свое личное оружие – винтовки, ручные пулеметы – и отходила в панике, совершенно беззащитная.

Основные виновники этого позора понесли заслуженную кару советского закона. Военный трибунал 11 и 12 января рассмотрел дело Виноградова, Пахоменко и Волкова, признавших себя виновными в подлом шкурничестве, и приговорил их к расстрелу».

«СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО
НАЧАЛЬНИКУ ГЕНЕРАЛЬНОГО ШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ
т. ШАПОШНИКОВУ (для ставки)

Докладываем: суд над бывшим командиром 44 сд ВИНОГРАДОВЫМ, начальником штаба ВОЛКОВЫМ и начполитотдела ПАХОМЕНКО состоялся 11 января в ВАЖЕНВАРА под открытым небом в присутствии личного состава дивизии. Обвиняемые признали себя виновными в совершенных преступлениях. Речи прокурора и общественного обвинителя были одобрены всеми присутствующими. Суд тянулся пятьдесят минут. Приговор к расстрелу был приведен в исполнение немедленно публично взводом красноармейцев. После приведения приговора в исполнение состоялось совещание начсостава, на котором намечена дальнейшая разъяснительная работа. Выявление всех предателей и трусов продолжается. В 44 сд работает комиссия Военсовета, на обязанности которой лежит детальное расследование всех причин и обстоятельств поражения 44 сд.

11 января ЧУЙКОВ, МЕХЛИС»

Справка: В общей сложности финские войска потеряли под Суомуссалми около 800 человек, наши – около 23 тысяч. Финские специалисты, рассматривая причины разгрома 44-й дивизии, особое внимание уделяют психологическим факторам: на дороге Раате столкнулись два военных образца мышления, один из которых безоглядно верил в технику, другой – в более эффективного в здешних условиях легковооруженного бойца.

Эпилог

Этот материал написан не профессиональным историком и не претендует на историческую значимость. Но хочется сказать: любая война – это трагедия народов. И кажется, народы России и Финляндии извлекли уроки из той войны и осознали ее пагубные последствия. У них достало мужества не только примириться, но и установить добрососедские отношения, позволившие со временем ослабить боль прошлых обид и увековечить память павших в боевых действиях. В районе деревни Суомуссалми насчитывается более сотни безымянных захоронений советских воинов. Поначалу сама идея установки здесь хотя бы памятного знака встречалась финнами в штыки. Но времена изменились. Несколько лет назад правительство Финляндии разрешило поставить памятник погибшим бойцам 163-й и 44-й дивизии. Называется он «Сынам Отечества – скорбящая Россия».

Алексей Владимиров
Интернет-журнал «Лицей» 17 декабря 2013 года

© Музей Raatteen Portti, коммуна Суомуссалми, 2002–2004
© Институт повышения квалификации работников образования Республики Карелия, 2002–2004
© Heninen.net, 2002–2017